Она умерла у меня на руках… (рассказы из жизни)
Она умерла у меня на руках. Последний вздох остался на простыне красным пятнышком, а я даже не успела понять, что произошло.
За окном шумело лето, куда-то мчались машины, в соседней комнате двое моих детей смотрели мультики, а в моей груди замер крик отчаяния и боли. Мамы больше нет. Ей больше не понадобится лекарство, за которым уехала бабушка, она больше не будет переживать о том, что причиняет всем окружающим неудобство своей беспомощностью, ей больше не придется выживать на маленькую зарплату и не спать ночами, сводя дебет с кредитом. Ее больше нет с нами, но она свободна от этого мира. Ей должно быть там хорошо, без боли, без переживаний, без забот и проблем. Пусть ей там будет хорошо.
— Мама, у нас кончился мультик! – дети осторожно заглянули в комнату, где болеет бабушка, чтобы позвать меня и включить следующую серию «Ну, погоди!». Только не плакать, не сейчас, не при них, я не готова еще объяснять малышам, что произошло, мне нужно время, мне нужна чья-то помощь.
Включив детям мультик, я позвонила бабушке, которая в данный момент получала рецепт на лекарство. Нет, на обезболивающее, потому что лекарства от рака на 4 стадии не существует, можно лишь облегчить боль, но и это моей маме уже не требуется, боли больше нет.
Еще пара звонков, я передала эстафету переживаний и забот ближайшим родственникам, и вошла в комнату к маме. Я не знаю, что мне делать. Из глаз потекли слезы, в голове мелькали воспоминания, лихорадочно скакали мысли – что делать, что дальше, неужели все, вот так, всего несколько мгновений и ее больше нет?
Все в руках Бога… Я даже запуталась: Он забрал ее у меня или Он спас ее от долгих страданий, которые ожидали ее в ближайшие недели, спас от боли и чувства неловкости, которое она испытывала последние дни, считая, что это не я должна заботиться о ней, а она должна окружить свою дочь и внуков заботой?
Я хочу думать, что Он спас ее, Он милостивый и поэтому не позволил ей страдать еще больше, достаточно! Мама, ты никому ничего не должна, ты сделала даже больше, чем кто-то другой смог бы на твоем месте. Мама, я не успела тебе сказать, что люблю тебя, я говорю это сейчас – я люблю тебя, я знаю, что ты меня слышишь.
Похороны. Я бы не справилась без помощи родных. В те дни я была очень рада, что у нас так много родственников. Кто-то взял на себя заботу о моих детях, кто-то взял на себя организацию погребения, а мне поручили вместе с бабушкой выбрать одежду, которую мама наденет в последний путь…
Я увидела, как ничтожно все, что мы пытаемся накопить в течение жизни. После смерти все это лишь груда вещей. Одежда, комплекты постельного белья, ткани, пряжа, книги, мебель… Все это просто хлам. После смерти ты даже не можешь выбрать, в чем тебя похоронят, все решают за тебя. Бабушка выбрала костюм, который, я точно знаю, при жизни мама бы никогда не надела, это был не ее костюм, он ее старил и делал похожей не на женщину 54 лет, а на старушку лет 90. Я словно услышала, как мама говорит, что она это не наденет, но ее никто не слушал…
Словно со стороны я видела бабушку, которая хоронит свою дочь. Дядю, который хоронит сестру. Себя, потерявшую маму… Сколько людей пришло попрощаться с ней, я даже половины из них не знаю, а они все плачут, соболезнуют… и дальше спешат по своим делам. Жизнь продолжается, а ее больше нет.
Я не помню день похорон. Может быть, я просто пыталась запомнить ее живой, сохранить в памяти ее смех, улыбку, рассказы и песни. В сознании то и дело всплывали случаи из жизни, ее голос, смех, светлые глаза, в которых она прятала свои трудности от меня и окружающих…
А может быть, память просто старалась уберечь меня от пучины горя, потому что во мне росла жизнь, моя младшая дочка, которая уже никогда не увидит свою бабушку и не узнает ее любви.
Она умерла у меня на руках. Всего несколько мгновений между жизнью и смертью. Когда для меня или для дорогих мне людей наступит этот миг перейти из одного мира в другой, не знает никто. Сколько вдохов и выдохов нам отмеряно? На что мы потратим эти мгновения, чем запомнимся близким? Да и вообще, разве мы думаем об этом, когда живем? А ведь пока мы живем, еще не поздно написать, позвонить, сказать «я тебя люблю».
